13 марта 2022 г.

“Записки изъ Мертваго дома” Ф.М. Достоевского

 

Одна моя знакомая какое-то время работала с заключёнными женщинами, заведовала швейным производством. Она-то и сказала мне как-то, видя мои удивления и изумления:

- Ну а Вы как думаете? Это же с виду самые обычные люди. Если бы не специальная одежда и стены, никогда не скажешь, что они чем-то отличаются от других. Живут как живут изо дня в день.
Но всё же у меня волосы на голове шевелились от её рассказов о том, за что эти женщины сидели в тюрьме.
Или помню, смотрела несколько лет назад документальный фильм про колонию для несовершеннолетних девочек. С виду и правда не скажешь, что с ними что-то не так, а потом закадровый голос стал перечислять, что они сделали… Поймите, у меня нет осуждения, скорее, горечь и даже жалость.
Когда я взяла в руки “Записки из Мертвого дома”, знала, о чём и о ком пойдёт речь. В страницы жадно впивалась, не хотела пропустить ни малейшей детали, а если задумывалась и пропускала, возвращалась и перечитывала заново. Наблюдения Фёдора Михайловича за людьми – это то, чего нельзя пропустить, потому что так, как наблюдает он, не наблюдает никто и не расскажет так никто.
Особенно эти записки ценны тем, что сам автор прошёл через всё это сам, т.е. образы все настоящие, невыдуманные, нелитературные. Все ощущения, мысли, всё происходящее прожито и испытано на себе, выстрадано и вымучено, потому так живо встаёт перед глазами, словно ты сам видишь всё это воочию.
Когда я рассказывала про музей Достоевского в Москве, то размещала вот эти фото кордегардии (куда свозили новоприбывших, 1-е фото) и Омской тюрьмы или по-старому Мертвого дома (2-е фото):



Описание острога помещено в самой первой части первой главы романа, полностью совпадает с этим фото – уныние и грусть, убийственное однообразие и тоска. Внутри ещё хуже. Чего только стоит вот эта фраза:

 

“…я бы никак не мог представить себе: что страшного и мучительного в том, что я во все десять лет моей каторги ни разу, ни одной минуты не буду один? На работе всегда под конвоем, дома с двумястами товарищей и ни разу, ни разу – один! Впрочем, к этому ли еще мне надо было привыкать!
(эта и проч. цитаты по кн. Достоевский Ф.М. Записки из Мертвого дома. – М.: Эксмо, 2021)

 

Никуда не скрыться и не уединиться. Нормальное человеческое желание – побыть одному – здесь совершенно невозможно. Кажется, от постоянного присутствия людей можно реально сойти с ума. Наверное, кое-кто и в самом деле лишался рассудка.
Достоевский описывает самых разных людей. Кто в чём виновен: кто в военных преступлениях, кто в убийстве, кто в грабежах. Встречались и совсем мерзкие и ужасные люди, которые упивались убийством невинных детей, например. При этом иные бравировали тем, что сделали, хвастались перед другими. Чем мерзопакостей был поступок, тем больше уважения к себе внушал. Раскаяние? Вот что пишет Достоевский об этом:

 

“Когда же понял, что я добираюсь до его совести и добиваюсь в нем хоть какого-нибудь раскаяния, то взглянул на меня до того презрительно и высокомерно, как будто я вдруг стал в его глазах каким-то маленьким, глупеньким мальчиком, с которым нельзя рассуждать, как с большими. Даже что-то вроде жалости ко мне изобразилось в лице его”.

 

Автор отмечает тщеславие заключённых в самой высокой степени, какая только может быть. Кто-то, конечно, прислужник, а кто-то – повыше находится. Даже деньги имеются, на которые играют в азартные игры долгими и скучными осенними или зимними вечерами. Иногда подаяния бывают от местных жителей на Рождество Христово и Светлое Христово Воскресение. А есть такие:

 

“…везде в народе нашем, при какой бы то ни было обстановке, при каких бы то ни было условиях, всегда есть и буду существовать некоторые странные личности, смирные и нередко очень неленивые, но которым уж так судьбой предназначено на веки вечные оставаться нищими. Они всегда бобыли, они всегда неряхи, они всегда смотрят какими-то забитыми и чем-то удрученными и вечно состоят у кого-нибудь на помычке, у кого-нибудь на посылках, обыкновенно у гуляк или у внезапно разбогатевших и возвысившихся.”

 

Меня впечатлил рассказ о том, что коль уж заплатили кому, то он обязан делать всё, что от него просят. Аргумент железный: “Деньги взял, так и служи!” Вам эти слова ничего и никого в нашей современности не напоминают?
Очень впечатляющие и сильные страницы о телесном наказании палками (шпицрутенами) или розгами. Человека прогоняли сквозь строй, и он получал более тысячи палок. На наказании всегда присутствовал врач, который в случае необходимости приказывал немедленно прекратить, иначе произойдет убийство. Разумеется, определённое количество палок разом равнялось смертной казни, но чаще наказание делили на несколько раз. Допустим, тысячу в первый раз прогонят, затем полуживого человека доставляют в острог или госпиталь. Только-только спина заживёт – на новую порцию, и так до конца. Кто-то потом умирал. Стонать и жаловаться было не принято.
Слышала в одном документальном фильме от женщины, которая работает с заключёнными, что в тюрьме плакать не принято. Не то чтобы нельзя или запрещено. Просто не принято и всё. Полагаю, это чтобы не показать свою слабость, потому что ты всё время на виду и никуда тебе не скрыться от зоркого взгляда соседей или от конвоя. Когда всё держишь в себе, что-то внутри меняется и выкручивается, становится другим и уже не возвращается на круги своя.
Вот и здесь. Стон и жалоба – признак позорной слабости, которая была не в почёте. Иные же, кто очень сильно боялся наказания, набрасывался, например, с ножом на конвойного, за что его вяжут и бросают в карцер или ещё куда-нибудь. Наказание палками на какое-то время откладывается. Один заключённый от страха выпил вино, настоянное на табаке, в результате чего получил чахотку и умер через полгода в госпитале на глазах у рассказчика “Записок”.
Розги, как сами заключённые рассказывали, были больнее и мучительней. Это и понятно: палка такие следы на спине не оставляет. Палач, наносивший удары, имел полную власть над своей жертвой, лютовал по-страшному. Одному палачу непременно хотелось, чтобы его умоляли, а если нет – избивал до полусмерти. Бывало, брал взятки, чтобы удары смягчить, а коли денег не было, стало быть, ожидать, что могут забить до смерти.  
Был и тот, кого осудили безвинно. Называли одного парня отцеубийцем, а он никого не убивал. Выяснилось это и было доказано только спустя 10 лет. Представляете? Человек 10 лет провёл на каторге, посреди этого ада, сломался внутри, потерял всякую связь с родными местами за то, чего он не совершал! И как ему дальше жить?
Аким Акимыч – бывший дворянин, как и главный герой. Постоянно работал, но был педантичен до глупости. Понравилась фраза о нём:

 

“…очевидно, он должен был считать себя чрезвычайно умным человеком, как и вообще все тупые и ограниченные люди”.

 

Посреди некоторых эпизодов и рассказов встречались такие, от которых волосы на голове шевелились (про Акульку, например, или животных), а также те, которые по-своему умиляли и заставляли сотни раз прокручивать в голове старую русскую поговорку: от сумы да от тюрьмы не зарекайся. Много людей пройдёт перед вашими глазами, о каждом из них вы сложите своё впечатление, но суть останется одна и та же: свобода – это главное. Когда человек просто может побыть один, когда может жить по своему расписанию, когда может делать то, что ему нравится и не подвергаться унизительным побоям. Здесь, в этом романе, размышление автора, как мне показалось, ещё и о том, эффективна ли каторга для исправления человека. Скорее всего, нет. Но вопрос был и остаётся очень сложным и неоднозначным. Первое, что приходит в голову: а что тогда может быть эффективным? Есть ответ на это? 

16 комментариев:

  1. Здравствуйте, Светлана Николаевна.
    Сейчас я никак не решаюсь вернуться к классике, тем более к Достоевскому.
    Ушла в вымышленный мир легкого чтения, где и думать ни о чем не надо.
    Иначе сойду с ума...

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Ирина Валерьевна!
      А у меня всё с точностью наоборот. Даже смотреть на бульварную прозу не могу))) Да и время Великого поста располагает к серьёзному чтению, я ещё заказала и сегодня получила кое-какие книги наших русских классиков, очень надеюсь и буду изо всех сил находить время для чтения. Это для меня хлеб, без него не могу и не мыслю.
      А бывает периоды, когда и правда расслабиться хочется, переключиться. Здоровья Вам!

      Удалить
  2. Здравствуйте, светлана Николаевна!
    На сложные темы писал Достоевский, сложно писал, сложно читать, но.... иногда требуется именно такая книга.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Лилия Павловна! Да, именно. За это я очень люблю Достоевского.

      Удалить
  3. Я согласна с Ириной Валерьевной и Лиией Павловной, что Достоевский писал на сложные темы. Его трудно читать. Никак не решаюсь что-нибудь почитать.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Кому как, наверное. Но Достоевского точно не будешь читать с попкорном и кока-колой)))

      Удалить
  4. Здравствуйте, Светлана Николаевна! Не знаю, как современные школьники, а во время изучения в школе Достоевского моими детьми, этот писатель был популярен среди старшеклассников. Конечно, нужна работа ума. А молодым это полезно - развивать ум. В моём блоге есть пост на тему "Мёртвого дома" - это же было у нас, в Омске https://serdzerasum.blogspot.com/2021/11/blog-post_9.html#more

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Людмила Фёдоровна! Да, я помню Вашу публикацию, спасибо большое, она очень глубокая по содержанию, настоящее пособие.
      Насчёт нынешней молодежи не могу сказать, я же не преподаю литературу, но когда ученики спрашивают, что я читаю, узнают, что Достоевского, говорят: "Уважаю". Это уже хорошо)))

      Удалить
  5. Светлана, "Записки из Мертвого дома" читала. Некоторые случаи из жизни и судьбы каторжан по-прежнему в памяти. Особенно про Акульку. До какой степени может быть бесправной и беззащитной женщина.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Елена Сергеевна! Да, меня эта история тоже до глубины души поразила. Самое страшное, что она на самом деле случилась. Это до какой степени надо быть опьянённым собственной безнаказанностью, чтобы такое творить! Вот к чему приводит возвышение одних и унижение других.

      Удалить
  6. There is a video games of the same name plus a horror movie I believe, but I've not seen or done either. Maybe they are based on the Author's writings, I don't really know.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Hello, Margaret. Really? I've never heard of this))) I think it's not concerning Dostoevskiy, about sth else.

      Удалить
  7. Такое я читать не могу. Потом долго хожу под впечатлением. "Записки" Достоевсткого, как, впрочем, и все его произведение, поглощают. Словно сама попадаешь в его миры. И как-то постепенно это происходит. Иногда оторвёшься от чтения, словно пробуждаешься от такого реалистичного сна.
    У Давлатова есть тоже сильные описания.
    А последние годы, до переезда в Бретань, я переводила тем, кто просит убежища. Для этого нужны были веские основание, доказательства того, что на родине действительно тебе грозит смерть. Так как люди не могли предъявлять всякие документы, часто они перебирались через границы совершенно жутким образом, при котором добирался один процент. Остальные погибали. Вся система доказательства строилась на мелочах. А потом при допросе психологи определяли, лжёт человек или нет. Когда люди переживают такие страшные травмы, они из сознание перемещаются в подсознание. То есть они ничего не помнят, рассказы их очень щапутанные. Но им постоянно снятся кошмары. Так вот, я должна была помогать готовить этих людей. Надо было вытаскивать из их памяти подробности типа распорядка дня в тюрьме. Детали пыток. Внутренне описание зданиея тюрьмы. Передо мной сидели люди, покрытые шрамами и рассказывали о том, как их годами, изо дня в день пытали и насиловали.
    Была девушка - иранка, которую изнасиловали и приговорили к порке. Молодую, нежную девушку пороли кожаным кнутом со свинцовыми шишечками на концах.
    Когда я раньше слышала о войнах, о жестокостях, я старалась не вникать в подробности. Но тут хочешь-нехочешь это был мой долг.
    Первый раз этой иранке отказали в убежище. Когда она вернулась из Парижа - там ведётся допрос, я повела её к знакомому психологу. Выяснилось, что она умолчала сцены изнасилования. Восточноая девушка. Для неё это хуже смерти. Психологи сразу почувствовали ложь, недоговорённость, нестыковки.
    И тогда психолог постепенно стала "раскручивать" девушку. Это была многомесячная упорная работа. В конце концов, её прорвало. Как мы все рыдали. Это было страшно. Но сразу пришло облегчение. При второй сессии допросов ей поверили. На самом деле дают только две попытки.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да, Лола, именно так. Только Достоевский мог так написать, что ты словно свидетель всех этих событий и сам смотришь на всех этих людей. Когда Л.Н. Толстой прочёл "Записки из Мёртвого дома", сказал что-то вроде, что теперь писать не о чем, великий писатель уже всё, что было можно, написал.
      А война - да, я с детства думаю о ней не как о картинках, а вникала в тонкости. Читала книги, смотрела фильмы, слушала или изучала документальные рассказы очевидцев и свидетелей. И самое страшное, что когда война, в ней участвуют все так или иначе. Отсидеться в сторонке не получится, так или иначе всех затронет.

      Удалить

Когда нет слов...

:) :( ;) :D :-/ :x :P :-* =(( :-O X( :7 B-) #:-S :(( :)) =)) :-B :-c :)] ~X( :-h I-) =D7 @-) :-w 7:P 2):) :!! \m/ :-q :-bd ^#(^